всё о финансовом анализе
Финансовый анализ - это просто!
тел. +7(902) 408-47-00
Скачать ФинЭкАнализ
Программа для проведения финансового анализа по данным бухгалтеской отчетности Скачать ФинЭкАнализ

Имущество спрятано при помощи доверительного управления. Как его взыскать?

А. Свиридов
Антикризисное и внешнее управление
№1, 2015

Доверительное управление имуществом - один из крайне сложных институтов гражданского права, как с теоретической точки зрения, так и с практической. Доверительное управление рассматривается как действенный правовой механизм, позволяющий передавать имущество для управления лицам, способным достичь большего результата от его использования, чем собственник такого имущества.

При осуществлении доверительного управления должен соблюдаться паритет интересов: собственник нуждается в защите от злоупотреблений управляющего, а управляющий нуждается в достаточной свободе действий и гарантиях получения вознаграждения. По общему правилу находящееся в управлении доверительного управляющего имущество не может служить объектом взыскания кредиторов учредителя, если только последний не был признан банкротом (ст. 1018 ГК РФ). В этом случае доверительное управление прекращается, а находившееся в нем имущество включается в конкурсную массу для удовлетворения требований всех кредиторов учредителя.

Однако в жизни встречаются случаи злоупотребления данной договорной конструкцией для уклонения от обращения взыскания на имущество должника. О том, какими способами в судебной практике можно справиться с подобным поведением должников, пойдет речь ниже. Использование данных способов защиты на практике вызывает много вопросов правового характера, в том числе о целесообразности и эффективности использования того или иного способа защиты.

Модели доверительного управления имущества за рубежом

Вопрос об основных моделях управления имуществом в зарубежных правопорядках поможет выяснить, какую модель для себя выбрал наш правопорядок. Это очень важный вопрос, так как российский законодатель сознательно дает учредителю управления экстраординарный, не совсем доступный для понимания иммунитет от принудительного обращения взыскания по долгам учредителя управления на имущество, переданное в доверительное управление. Не ошибка ли это законодателя? Если же эта модель была придумана сознательно, то кого она защищает и зачем? Ответы на эти вопросы должны помочь разобраться в анализе текущих проблем судебной практики, связанной с применением п. 2 ст. 1018 ГК РФ, а также в возможности решения ряда важных практических вопросов.

Появлению института доверительной собственности мы обязаны англосаксонской правовой системе. Между тем следует отметить, что этой системе свойственно представление о расщеплении права собственности 1.

Отличительная особенность англосаксонской модели доверительной собственности (trust) состоит в том, что при утрате права собственности учредителя управления права собственности приобретаются доверительным управляющим по общему праву (common law), а выгодоприобретателем - по праву справедливости (equity law). Соответственно, первый является обладателем так называемого legal title, а второй - обладателем equitable title 2.

При этом по их обязательствам нельзя будет обратить взыскание на имущество, переданное в доверительное управление, так как учредитель управления теряет право собственности на данное имущество, а остальные имеют разную по своим свойствам и по степени полномочий этих лиц собственность (такие как: право владения, господства над вещью, право личного пользования, право на управление, право на извлечение, право на капитал, право на иммунитет от экспроприации, право передавать вещь, бессрочный характер права собственности, обязанность не использовать вещь во вред другим, ответственность в виде взыскания вещи за долги, право на остаточный характер. Эти права направлены на защиту против всех, у каждого из которых есть обязательство не препятствовать к их осуществлению) 3.

Однако для того, чтобы trust эффективно выполнял данную функцию, он должен отвечать ряду обязательных условий, в частности: имущество должно быть передано в доверительную собственность до момента возникновения конкретного обязательства; учредитель не должен иметь возможности прекратить существование траста в любой момент, то есть траст должен быть безотзывным. В то же время даже если траст полностью отвечает требованиям законодательства, кредиторы все равно могут доказать в суде, что между созданием доверительной собственности и принятием конкретного обязательства существует прямая связь. К примеру, если после передачи ликвидных активов доверительному собственнику учредитель начинает совершать нехарактерные для него действия, то суд может признать учреждение траста мошенническим действием, направленным на введение в заблуждение кредиторов 4.

При этом в отечественной цивилистике прослеживается четкая установка: договор доверительного управления и договор о передаче имущества в доверительное управление (траст) не имеют между собой ничего общего 5.

Вызывают непонимание причины установления в нашей модели защиты от обращения взыскания по долгам учредителя управления на имущество, принадлежащее учредителю управления, переданного в доверительное управление, при явном отличии и непримиримыми противоречиями континентальной и англосаксонской системы права. В англосаксонской модели целью защиты имущества, переданного в траст, при переходе права собственности и господствовании системы расщепления прав на это имущество между доверительным управляющим и бенефициаром, было защитить собственников данного имущества, так как при обращении взыскания по долгам любого из них нарушалось бы право собственности другого.

При этом в нашем правопорядке наличие двух собственников на одно и то же имущество невозможно. Да и вещные права на имущество без перехода права собственности с учредителя управления к доверительному управляющему осуществляются по представительской модели так же, как в Германии и Франции. В то же время ни в Германии, ни во Франции у учредителя управления подобной защиты от обращения взыскания нет.

В Германии, не создавая самостоятельного института, а используя конструкции, построенные на основе существующих в правовой системе традиционных институтов и общих норм о ведении чужого дела (Geschaeftsbesorgung), выработаны две конструкции управления имуществом: по модели представительства и по модели доверительной собственности (Treuhandeigentum), отличающиеся друг от друга в вещноправовом оформлении. В первом случае право собственности остается у учредителя управления, а управляющий выступает как его представитель по доверенности, в связи с чем кредиторы учредителя управления не ограничены в праве обратить взыскание на соответствующее имущество по его долгам.

Во второй конструкции происходит перенос права собственности с учредителя управления на доверительного управляющего на определенный срок. Логичное следствие данного подхода - закрытие возможности для кредиторов учредителя управления по обращению взыскания на это - уже чужое – имущество 6. Важно отметить, что отношения с выгодоприобретателем строятся исключительно на обязательственном правоотношении.

Во французской модели доверительного управления (la fiducie), имеющей обязательственный характер на основе трехстороннего договора, право собственности остается у учредителя управления. Выгодоприобретатель имеет право обязательственного характера на получение дохода от управления имуществом.

В то же время законодательное решение проблемы с банкротством учредителя управления в европейских странах совершенно другое. Так, например, и в Швейцарии, и во Франции имущество, переданное в траст, не может быть включено в конкурсную массу учредителя 7. Но это не означает, что защиты у кредиторов в этом случае нет, так как обращаются права по этому договору доверительного управления.

По мнению С.И. Ковалева 8, отказавшись от англосаксонской и германской моделей при принятии гражданского кодекса, российские законодатели пошли по пути внедрения в российское право обязательственной конструкции доверительного управления имуществом, которая давно разрабатывалась французскими законодателями. Ее введение было обусловлено двумя моментами:

1) органическим неприятием института траста российскими юристами ввиду невозможности его введения в российское право в том виде, в котором этот институт существует в странах англо-американского права, без коренной ломки российской правовой системы в части модели права собственности

2) большей защищенностью собственника передаваемого в доверительное управление имущества в связи с отсутствием переноса права собственности с учредителя управления на управляющего.

Международное регулирование и соответствующее концептуальное обобщение института доверительного управления имуществом нашло отражение в положениях Гаагской Конвенции 1985 года «О праве, применимом к трастам и об их признании», закрепившей модель, при которой имущество остается в собственности учредителя управления, но уходит из-под его власти (п. 2.1.). Между тем Конвенция не оговаривает возможность или отсутствие таковой на обращение взыскания на имущество траста кредиторами учредителя.

Между тем Л.Ю. Михеева, рассуждая на тему причин включения законодателем абз. 1 п. 2 ст. 1018 в ГК РФ, посчитала ее неразумной в связи с тем, что обращение взыскания на имущество, переданное в доверительное управление по долгам учредителя управления, должно быть допустимым во всех случаях, и это должно повлечь прекращение договора 9.

Нельзя обратить взыскание по долгам учредителя управления на имущество, переданное в управление

В судебной практике наличие запрета в п. 2 ст. 1018 ГК РФ (обращение взыскания по долгам учредителя управления на имущество, переданное им в доверительное управление, не допускается, за исключением несостоятельности (банкротства) этого лица) объясняется тем, что он установлен законодателем в целях соблюдения особого правового режима имущества, переданного в доверительное управление. Между тем это вступает в грубое противоречие с той обязательственной конструкцией, что имеет место в нашем правопорядке, а также с совсем другим пониманием собственности, чем в англосаксонской правовой системе. Никакого особого режима, как в модели классической доверительной собственности (trnst), по нашему мнению, здесь нет.

Возможно, законодатель тем самым хотел защитить права доверительного управляющего, так как лишенный имущества, служащего объектом управления, он не сможет осуществлять возложенные на него договором обязанности. Целесообразней было предоставить защиту доверительному управляющему в форме взыскания упущенной выгоды при обращении взыскания на имущество, переданное в доверительное управление, как если бы учредитель управления передал бы чужую вещь, а потом ее собственник истребовал бы эту вещь назад.

Между тем гарантия защиты прав кредиторов является основой эффективного функционирования договорных обязательств. В противном случае не исключены ситуации, когда злоупотребления со стороны должников станут обычной практикой и фактически парализуют исполнение договоров. Необходимость тщательной регламентации защиты прав кредиторов учредителя доверительного управления имуществом предопределена его особенностью, заключающейся в следующем: имущество, переданное в доверительное управление, составляет отдельный фонд и обособляется от другого имущества учредителя управления, а также от имущества доверительного управляющего (п. 1 ст. 1018 ГК РФ).

Из проанализированной судебной практики по рассматриваемой проблематике можно выделить следующие подходы по разрешению практических вопросов.

Учредитель управления имеет иммунитет от обращения взыскания на предмет доверительного управления. В главе 53 ГК РФ отсутствуют положения, направленные на защиту прав кредиторов учредителя доверительного управления, то есть лиц, с которыми учредитель управления состоит в договорных или внедоговорных отношениях. Эти лица вправе обратить взыскание на его имущество при неисполнении им обязанностей или при наступлении различного рода обстоятельств (например, при совершении учредителем деликта), помимо случаев банкротства учредителя (юридического лица или индивидуального предпринимателя).

Таким образом, кредиторы лишены возможности обратить взыскание на имущество, переданное в доверительное управление, на срок действия договора, а учредитель управления получает иммунитет от обращения взыскания по долгам на это имущество (постановления Президиума ВАС РФ от 17.04.2001 №2554/99, ФАС Волго-Вятского округа от 18.07.2008 по делу №А43-31127/2007-21-729, Уральского округа от 13.05.2013 по делу №А07-14529/2012; определение ВС Республики Коми от 01.03.2011 по делу №33-935/2011).

Арест предмета доверительного управления недопустим. В правоприменительной практике нередко встречаются различные подходы к возможности наложения ареста на имущество, переданное в доверительное управление, в виде обеспечительных мер. Позиция, изложенная в постановлении ФАС Западно-Сибирского округа от 12.12.2006 №Ф04-6647/2006 (28972-А45-28) о недопустимости обеспечительных мер в виде ареста и запрета распоряжаться предметом доверительного управления, по нашему мнению, справедлива. Она высказана для случая, когда у кредитора имелось денежное требование к учредителю управления при отсутствии обременений в виде залога и требований об обращении взыскания на данное имущество как предмета залога.

Однако в другой ситуации арест возможен. Так, встановлении ФАС Уральского округа от 02.03.2006 по делу №Ф09-347/06-С5 высказана позиция о том, что в случае наличия спора, предметом которого является имущество либо сделки, связанные с распоряжением данным имуществом, обеспечительные меры считаются допустимыми.

В то же время наложение обременения в виде запрета на дальнейшее распоряжение данным имуществом без обращения взыскания позволило бы избежать ситуации отчуждения имущества по низкой цене.

Более того, у кредиторов учредителя управления нет никакой надежды на то, чтобы обраить взыскание на доходы от использования имущества, если стороны в договоре доверительного управления установят, что выгодоприобретатель - третье лицо получает всю сумму от продажи имущества, либо от сдачи его в аренду. То же самое касается случаев, когда по условиям договора доверительный управляющий получает значительную часть от продажной стоимости имущества или арендных платежей в качестве вознаграждения.

По договорам, заключенным во исполнение договора доверительного управления, обязанным является учредитель управления. Также имеет место проблема обращения взыскания на доходы от имущества, переданного в доверительное управление и принадлежащего учредителю управления. В определении Верховного суда Республики Коми от 01.03.2011 по делу №33-935/2011 сделан, по нашему мнению, ошибочный вывод о том, что денежные средства, поступающие доверительному управляющему от сдачи в аренду имущества, переданного ему в управление, являются собственностью доверительного управляющего, в связи с чем на них нельзя обратить взыскание.

В судебной практике и в научной литературе нередко встречается мнение, что стороной по договорам, заключенным доверительным управляющим в рамках исполнения договора доверительного управления, является сам управляющий. Однако этот вывод опровергается п. 2 ст. 1020 ГК РФ, который закрепляет переход всех прав по договорам, заключенным в рамках исполнения обязанностей управляющим по договору доверительного управления, в состав имущества, переданного в доверительное управление, которое в нашей модели является собственностью учредителя управления. Круг таких прав данной нормой не ограничен, а значит, речь идет обо всех правах.

В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 128 ГК РФ в совокупности со ст. 136 ГК РФ доходы, полученные в результате использования вещи, независимо от того, кто использует такую вещь, принадлежат собственнику вещи, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, договором или не вытекает из существа отношений.

В представительской модели доверительного управления субъектом прав становится то лицо, от чьего имени была совершена та или иная сделка. Казалось бы, раз доверительный управляющий указывается в качестве стороны по сделке, то он и должен быть носителем этих прав. Но тогда часть имущества, переданного в доверительное управление, принадлежала бы учредителю управления, а часть имущества, приобретенного в процессе управления, принадлежала бы доверительному управляющему, что является нелогичным и противоречивым 10.

В абзаце 2 п. 3 ст. 1012 ГК РФ есть косвенное подтверждение того, что обязанным по договорам, заключенным во исполнение договора доверительного управления имуществом, становится учредитель управления. Иной подход был бы связан с рядом противоречий в случае расторжения или прекращения договора по окончании срока, на который он был заключен, либо в связи с признанием учредителя управления банкротом.

В отличие от договора комиссии, по которому комитент обязан освободить комиссионера от обязательств, принятых им на себя перед третьими лицами по исполнению комиссионного поручения, а при банкротстве комиссионера эти обязанности переходили бы в силу закона (ст.ст. 1000,1002 ГК РФ), гл. 53 ГК РФ не предусматривает перевод долгов по договорам во исполнение доверительного управления с управляющего на учредителя.

Кроме того, денежные средства, полученные таким образом доверительным управляющим, не образуют его налогооблагаемый доход и не порождают для него налоговых обязанностей, за исключением полученного вознаграждения 11.

Таким образом, доверительный управляющий, действуя в чужом интересе, не приобретает никаких прав по договорам, заключенным во исполнение договора доверительного управления. Получая денежные средства в качестве доходов от использования данного имущества, переданного ему в доверительное управление, он не становится собственником этих денежных средств; эти денежные средства присоединяются к имуществу, переданному в доверительное управление, на которое в силу ст. 1018 ГК РФ нельзя обратить взыскание, за исключением средств, удержанных на вознаграждение и расходы, произведенные в рамках исполнения договора доверительного управления согласно ст. 1023 ГК РФ.

Следовательно, у кредиторов есть возможность обратить взыскание на данную задолженность только в случае, если наступил срок исполнения по выплате этих доходов учредителю управления. В то же время если такой срок не наступил, то данные средства присоединяются к имуществу, переданному в доверительное управление

Сокрытие имущества от обращения взыскания путем передачи его в доверительное управление является злоупотреблением правом. Практике также известны случаи, когда учредители управления намеренно передают имущество третьему лицу в доверительное управление с целью защиты активов от обращения взыскания по исполнительным листам, наложения ареста на имущество и проч. ГК РФ не устанавливает в качестве одного из оснований прекращения договора доверительного управления имуществом наложение ареста на имущество или выдачу исполнительного листа.

Хотелось бы сказать о наличии судебной практики, обобщенной в п. 10 информационного письма ВАС РФ №127 от 25.11.2008. Так, в иске об освобождении имущества от ареста было отказано со ссылкой на ст. 10 ГК РФ, а договор доверительного управления, заключенный после возбуждения исполнительного производства, но до наложения ареста был признан недействительным по ст. 168 ГК РФ. Цель, преследуемая должником (сокрытие имущества от обращения на него взыскания), квалифицирована как злоупотребление, то есть недобросовестное поведение 12.

Некоторый пробел в законодательстве преодолен судебной практикой с целью защиты прав кредиторов учредителя управления. Так, если должник заключил договор доверительного управления своим имуществом после наступления обязательств и условия данного договора позволяют усомниться в добросовестности сторон, то кредиторы вполне могут рассчитывать на удовлетворение их требований по признанию данной сделки недействительной.

Судебная практика пресекает злоупотребления должника по заключению договора доверительного управления и передаче имущества по договору после наложения на него ареста и признает такие сделки недействительными (постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 10.12.2007 по делу №A33-28348/05). При этом практика исходит из того, что пока у должника - учредителя управления нет целей злоупотребления путем использования договора доверительного управления, обратить взыскание на имущество, переданное в доверительное управление, невозможно.

Договор доверительного управления прекращается, если учредитель управления – банкрот

Положение о прекращении договора доверительного управления имуществом в случае несостоятельности учредителя управления вытекает из ст. 1018 ГК РФ, в которой закреплена невозможность обращения взыскания кредиторов учредителя управления на находящееся в доверительном управлении имущество до момента признания учредителя управления несостоятельным, что является основанием для прекращения договора доверительного управления имуществом. При наличии этого положения кажется нелогичным включение в ст. 1024 ГК РФ в качестве отдельного основания прекращения договора признания несостоятельным гражданина - предпринимателя, являющегося учредителем управления, и невключение в качестве такого основания признания несостоятельным юридического лица, являющегося учредителем управления.

В настоящее время, до вступления в силу положений о банкротстве граждан, существуют возможности для использования договора доверительного управления как средства защиты имущества учредителей управления, не являющихся предпринимателями, от обращения взыскания со стороны кредиторов.

Представим ситуацию, когда физическое лицо, заключив договор доверительного управления, передаст все свое имущество доверительному управляющему, назначит своих близких родственников выгодоприобретателями, и, следовательно, его кредиторы не смогут обратить взыскание на это имущество, поскольку оно передано в доверительное управление и таким образом изолировано от обращения взыскания кредиторов в течение срока действия договора, как минимум на 5 и более лет (п. 2 ст. 1016 ГК РФ). При этом при отсутствии заявления одной из сторон о прекращении договора по окончании срока его действия он считается продленным на тот же срок и на тех же условиях, какие были предусмотрены договором.

Кредиторы не вправе требовать расторжения подобных договоров, поскольку согласно ст. 450 ГК РФ такое право принадлежит только сторонам. Полагаем, что единственным выходом из ситуации будет предъявление иска в суд о признании недействительными сделок и применении последствий недействительности на основании ст.ст. 168-170 ГК РФ в связи с тем, что собственник - учредитель доверительного управления заключил данные договоры без намерения создать правовые последствия, но исключительно с целью обмана кредиторов и сокрытия имущества и (или) иных ликвидных активов.

Предположим, что гражданин передает в доверительное управление основную по стоимости часть своего имущества в интересах самого себя. Обратить в судебном порядке взыскание на это имущество по его обязательствам невозможно в силу п. 2 ст. 1018 ГК РФ. Взысканию подлежат лишь суммы, получаемые им в виде дохода от использования имущества, переданного в доверительное управление.

На наш взгляд, обращение взыскания на имущество, переданное в доверительное управление, должно быть во всех случаях допустимо, и это должно повлечь прекращение договора. Однако дополнительно должна существовать обязанность учредителя управления возместить затраты, убытки и упущенную выгоду доверительного управляющего, связанные с прекращением договора.

Литература

1. Honore А.М. Ownership. Oxford essays in jurisprudence. Ed. By A.W. Guest. Oxford, 1961. P. 112-128.

2. Gordon K. The certainties of trusts. Taxation Magazine. 30.11.2006. URL: https://www.lexisnexis.com/uk.

3. См.: Дж. И. Пеннер. Картина собственности как «пучка прав» // Российский ежегодник сравнительного права. 2007. №1. С. 103-209.

4. См.: Фунтикова Н. Ф. Защита кредиторов сторон по договору доверительного управления имуществом // Право и экономика. М., Юридический дом «Юстицинформ». 2007. №1. С. 36.

5. См., напр.: Суханов Е. А. Договор доверительного управления имуществом // Вестник ВАС РФ. 2000. №1. С. 81-82.

6. См. об этом: Егоров А. В. Управление имуществом, зарубежный опыт: Германия // Вестник ВАС РФ. 2001. №9.

7. Jaussi Т., Pfirter М. Trusts und Steuem in der Schweiz. Uberblick uber die steuerliche Behandlung // Der Schweizer Treuhander. 2011. T. 3; Faure-Dauphin F., Vignon М., Boughida S. The introduction of the Trust into French Law // Journal of International Banking & Financial Law. 01.06.2007.

8. См.: Ковалев С. И. Доверительное управление имуществом в зарубежном и российском праве: Дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.03. М., 1999.166 с.

9. См.: Михеева Л. Ю. Доверительное управление имуществом. Комментарий законодательства. Доступ из СПС «КонсультантПлюс», 2001 г.

10. См.: Зайцев О. Р. О стороне в договорах, заключаемых доверительным управляющим // Законодательство и экономика. 2005. №10.

11. См. постановления ФАС: Волго-Вятского округа от 01.02.2001 №А31-158/1, Западно-Сибирского округа от 08.05.2001 №А42-364/00-12, Поволжского округа от 04.09.2003, Московского округа от 12.03.2012 по делу №А40-76017/11-75-313.

12. См.: Эрделевский А. М. О некоторых вопросах злоупотребления правом. Доступ из СПС «Консультант- Плюс», 2010; см. также решение Арбитражного суда Нижегородской области от 04.03.2008 по делу №А43-31127/2007-21-729; определение ВАС РФ от 18.10.2008 №ВАС-14641/08.

Программа Финансовый анализ - ФинЭкАнализ для анализа финансового состояния предприятия, позволяющая рассчитывать большое количество финансово-экономических коэффициентов.
Обратная связь
Реклама
Рейтинг@Mail.ru